Нелегок удел дирижера... Но, если он к тому же руководитель сразу двух объединенных  коллективов — оркестра и хора, то работы и ответственности прибавляется вдвойне. Об истории и перспективах Госкапеллы России, и о том, как строится ее работа сегодня, рассказал художественный руководитель и главный дирижер коллектива Валерий Кузьмич Полянский.

 

Валерий Кузьмич, известно, что начало 1990-х гг. стало переломным моментом в жизни капеллы: тогда произошло  слияние Камерного хора и симфонического оркестра Министерства культуры.  А в 1992-м с поста руководителя капеллы ушел Геннадий Николаевич Рождественский. Чья это была идея — объединить два коллектива? И оправдала ли она себя?

- Напомню, что Камерный хор существует с 1971 года. А мысль об  объединении пришла спонтанно, совершенно неожиданно. Это было в трудные перестроечные годы.  Я тогда хотел создать новый оркестр, но тут Рождественский предложил мне эту идею - ведь оркестр уже был. К сожалению, Геннадий Николаевич недолго проработал с нами -  всего 2-3 месяца. Потом он уехал на гастроли, а после вынужден был по разным причинам и вовсе уйти. Как показала практика, решение об объединении было удачным. Уже более 20 лет, начиная с декабря 1991 года, оба коллектива довольно успешно работают совместно.

Вы ученик Г. Рождественского. Продолжается ли Ваше творческое общение сегодня?

- Общение с продолжается и по сей день. У Геннадия Николаевича есть свой абонемент, то есть 5-6 концертов с капеллой ежегодно. Ближайший, с оркестром, состоится в мае. Таким образом, Рождественского не просто следит за  нашим коллективом, но и участвует в его творческой жизни.

А что для Вас интереснее: более детальная, углубленная работа с одним коллективом или реализация крупных вокально-инструментальных проектов  - таких, например, как опера в концертном исполнении?

- Крупные проекты тоже требуют детальной проработки, поэтому особой разницы - маленький это коллектив или большой - здесь нет. Конечно, есть разница с точки зрения организации: с камерным коллективом дело иметь намного проще, чем с большим. Но мы уже привыкли и неплохо наладили свою работу.

 Московская симфоническая капелла — явление в российской музыкальной практике, пожалуй, уникальное. Понятно, что в связи с объединением коллективов увеличилась и ваша дирижерская нагрузка. Есть ли у Вас ассистент по оркестру и как строится Ваша работа с хормейстерами?

У меня четыре хормейстера. Все они выросли в нашем хоре, где сначала были певцами. С оркестром же мне очень помогают мои ученики, студенты консерватории.

 

Расскажите о Ваших музыкантах. Каков возрастной состав капеллы? Возможно ли пробиться туда молодым и насколько охотно вы работаете с неопытными оркестрантами?

Оркестру более 50-ти лет. И у нас есть музыканты, которые работают практически с момента основания коллектива, они уже в довольно солидном возрасте. Много исполнителей, которые пришли позже, когда уже руководить капеллой стал я. У нас очень много молодежи, талантливой молодежи, которую мы воспитываем и на которую возлагаем надежды. Мы охотно прослушиваем молодых музыкантов, охотно учим их. Но задерживаются немногие - возможно, из-за непростого финансового положения. Где-то материальные условия более привлекательнее, чем у нас. Средний возраст музыкантов нашей капеллы - 35-40 лет.

В Москве мы видим Вас преимущественно в крупных проектах.  А каковы в целом  принципы Вашей репертуарной политики?

Репертуарная политика соответствует особенностям коллектива. Помимо того, что хор и оркестр выступают вместе, хор имеет свои отдельные программы а капелла, а оркестр занимается собственно оркестровым репертуаром. Так что у нас в этом плане очень большое разнообразие —  такой вот дракон о трех головах.

         Если обратиться к крупным проектам, связанным с оркестром, то это, например исполнение всех симфоний Малера или Брамса. В этом году к юбилею Чайковского играем все его симфонии. Я бы сказал, что большую часть идей все-таки удается осуществить. Это еще и благодаря тому, что в Москве сейчас можно работать в 3-4-х залах. Кроме того, есть еще и гастроли: мы стараемся активно выступать в разных городах России.

Как часто Вы беретесь за редко исполняемую музыку или, скажем, за произведения современных авторов?

В течение двадцати с лишним лет мы практически всегда были участниками «Московской осени». Это фестиваль современных композиторов, сочинения которых совсем еще «тепленькие» - только премьеры. Вообще, практически все, что мы исполняем, звучит не так часто. У нас репертуар очень обширный и часто обновляется.

Хочу остановиться на весьма актуальной для капеллы форме концертного исполнения опер. Как Вы к ней пришли? Как можно расширить ее рамки?

Впервые мы задумали делать оперу в концертном исполнении много лет назад. Тогда нам просто хотелось исполнить какие-то конкретные сочинения. Сначала филармонии эта идея не понравилась, и подобные проекты приходилось пробивать с большим трудом. Но прошло лет 10, и сейчас концертные исполнения принимают с удовольствием, все довольны и счастливы. За эти годы мы сделали более 30 опер, одного только Верди — 16 названий. Мы исполнили почти всего Чайковского, а также Доницетти, Понкьелли, Джордано. Это очень разнообразная и полезная работа, как для оркестра, так и для хора.

Каковы преимущества концертного исполнения?

Самое главный плюс: здесь ничто не отвлекает от музыки, ничто не мешает. Это очень важно! Не мешают бредовые идеи режиссеров, которые начинают издеваться над музыкой Чайковского и Верди, а также, например, над пушкинским сюжетом. Я считаю, что нельзя трогать классиков, нельзя искажать их мысли. Поэтому оперой в концертном исполнении мы занимаемся с большим удовольствием. Если  даже мы осуществляем какие-то полу-постановки,( чтобы слушателям было понятнее и интереснее), то это все равно нельзя назвать спектаклями в собственном смысле слова. Просто появляются какие-то "знаковые" элементы костюмов, мизансцен, возникает больше общения с публикой. Но это только элементы. Повторяю, от музыки ничто не должно отвлекать, тогда будет нужный результат!

Как Вы отбираете солистов? Мне показалось, что у Вас уже есть определенный круг постоянных исполнителей...

У нас подобралось достаточно большое количество певцов, которые с нами сотрудничают. Они из разных театров Москвы, Петербурга, Самары и даже бывшие наши сограждане, которые учились когда-то в Москве, а сейчас живут за рубежом. У нас есть своя картотека. Люди приходят на прослушивание, мы заносим их в картотеку, а потом приглашаем поучаствовать в интересных проектах.

Я посмотрела Ваш гастрольный график. Он очень обширен: США, Великобритания, Швейцария, Германия, Южная Корея. Капелла востребована за рубежом исключительно как русский коллектив с национальной программой? Что составляет основу вашего гастрольного репертуара?

Конечно, на гастролях за границей мы исполняем, прежде всего, произведения русских композиторов. Ну, это логично: если приезжает немецкий коллектив, он везет немецкую музыку, от итальянцев ожидают итальянский репертуар, ну а от россиян — русский. Впрочем, мы играли за границей и Листа, и Вагнера, и Брукнера, и Сибелиуса, и Брамса. Но акцент, безусловно, на русской музыке. Зато в Москве мы ее играем гораздо меньше, потому что после зарубежных гастролей уже хочется чего-то другого, несмотря на то, что всё это великие композиторы и произведения. Хотя вот сейчас решили сыграть всего Чайковского — и в этом тоже есть свой интерес.

материал подготовлен Татьяной Семиковой

ссылка на интервью